вторник, 13 марта 2018 г.

Филатова Антонина Тихановна


Вспоминает Филатова Антонина Тихановна, 17 ноября 1934 года рождения. 
"Родилась в карельской деревне Мелюхино. Деревня была многолюдной, так как в каждой семье было не менее пяти детей.
В селе имелись купцы Красненковы, они снабжали население продуктами. 
Мой отец был председателем коммуны, затем председателем сельсовета в деревне Старое Шилково.
Работать начала рано, с 10 лет. Кроме того, что работали каждый на своем участке, приходилось помогать тем, кто был богаче. Надо было заработать для хозяйства лошадь, чтобы привезти дров, сена.
Коров в колхозе «Путь Ленина» доили вручную, позже с помощью трактора приводили в действие аппараты. Молоко на лошадях возили на маслозавод в деревню Тимошкино.
Ещё помню, что ездила с бочкой на лошади за горючим в деревню Братское, что на Ярославщине. А так же в Овинищи на склады за всякими грузами.
Помню первый колёсный трактор, такой смешной – без кабины и с железными колёсами. 
Как такового детства и не помню, как подросли, уже в няньках сидели, хотя еще самих нянчить надо было. И голодно было, ходили мороженую картошку по полям соседних деревень собирали. Оттуда нас прогоняли, потому, что желающих и у соседей было много. Спасал лес, тогда много ягод и грибов носили.
Но все равно, то время было лучше, чем сейчас. Как бы тяжело не было, всегда собирались на беседы, ходили даже замужние женщины, обычно с рукоделием: вязали, вышивали, лён пряли. Да, было трудно и голодно, но народ был добрее, делился последним.
Пережили укрупнение. Стали жить лучше, построили современные фермы. Пришлось и мне потрудиться на современной механизированной ферме, было хорошо, легко.
Но народ стал уезжать из деревень, пришлось и нам с супругом из Мелюхина уехать в Малую Каменку, там еще работала. Малая Каменка тоже карельская деревня, правда, небольшая, домов там было чуть больше 10.
Через Малую Каменку можно попасть в Сандовский район, а если идти через деревню Щётка, то можно попасть на станцию Топорово. Раньше же все время пешком ходили и дороги были везде лесные, или проселочные.
Когда муж заболел и умер, я одна два года жила в деревне, так как все жители переехали в другие населенные пункты. Одной стало скучно, одиноко, тоскливо, да и страшно среди леса, опять пришлось переезжать. И вот теперь уже и в Пятницком второй десяток живу. Держу коз, кур. Летом внучка с ребёнком приезжает погостить, и я их в Киришах навещаю.
Как хорошо, что опять стали интересоваться прошлой жизнью, где-то это останется, и наши потомки об этом прочитают не сейчас, так спустя многие-многие годы. Вот так и мы войдём в историю".

Елена Молодцова, 
библиотекарь Тимошкинской библиотеки

воскресенье, 11 марта 2018 г.

Смирнов Павел Иванович

Павел Иванович родился 13 апреля 1924 года в Сандовском районе в деревне Дуброва. 
В Пятницкое переехал в юном возрасте, куда мать вышла замуж. Постоянно проживал в этом селе с 1947 года. Это самый пожилой житель в округе. 
Из воспоминаний Павла Ивановича: "Раньше это было большое село, но в 30-е годы случился пожар, который начался с дома дьякона, далее перекинулся на церковный балкон и потом на дома. 
По рассказам моей матери, в начале деревни стоял 2-х этажный дом купца Лебедева, его убили, а дом сгорел во время пожара.
Когда организовывали коммуны, самым главным зачинщиком был Илья Петрович Губанов. Очень активны были сёстры Портновы: Даша, Маша и Настя. Но коммуны просуществовали недолго.
Стали организовывать колхозы. Наш колхоз назывался «Трудовик», населения было человек 70. Содержали скот: коров, лошадей, выращивали картофель, зерно, лён. Все работы выполнялись на лошадях, но иногда от МТС (машинно-тракторные станции) приезжали трактора. Командировочные трактористы жили по домам местных жителей. Соломенные крыши были на сараях, а на домах щепа. На щеподральных станках работали вчетвером.
Ещё помню, что очень были морозные зимы, особенно в финскую войну.
Вечерами и в праздники устраивали беседы. Для чего снимали какой-нибудь дом, приносили дрова, лучину, позже керосин.
Позже начали строить клуб, уже часть сруба сделали, но почему-то забросили. В принципе, он у нас появился уже в современное время, даже садик был и библиотека.
В юности я был гармонистом. В селе была начальная школа (работали 2 учителя), магазин, кузница.
Тогда это был ещё Овинищенский район с центром в Кесьме. Восемнадцать лет я возил молоко на трёх лошадях, в Тимошкино на молокозавод. Если случались неполадки, приходилось ехать в Кесьму.
Жили, трудно, надо было все задания по поставкам выполнять, а работали много и просто за трудодни. Много было нищих, которые ходили порой целыми семьями по деревням. Но люди тогда были добрее, пускали ночевать, делились последним.
Стали лучше жить в середине 70-х., когда объединились в совхоз «Тимошкинский». У нас началось строительство современных домов и даже хотели поставить целый посёлок в сторону Ильниц, уже и фундаменты были заложены, но что-то не сложилось.
Население стало уезжать, и все готовые постройки продали и перевезли, в Кесьме стоят от нас магазины и жилые дома. А остальное забросили. Был построен современный комплекс, но от него остались лишь кирпичные столбы, всё разворовали и разрушили. Поля запустились, скот в личных хозяйствах, кроме кур, не держим.
Деревни зарастают лесом, даже звери уже днём без страха ходят." 
18 марта 2017 года Смирнова П.И. не стало. 

Елена Молодцова, 
библиотекарь Тимошкинской библиотеки

пятница, 2 марта 2018 г.

Лукьянова Евгения Степановна

Евгения Степановна родилась 25 октября 1929 года в деревне Старое Шилково. Это была большая карельская деревня, в пределах 30 домов. Жителей было много, даже две бригады были созданы. Колхоз назывался «Путь Ленина». 
Вот что она вспоминает:
"Семья у нас многодетная, пятеро детей.
Отец работал председателем колхоза. Тогда было строго, что-то сделал видимо не так и заработал срок 10 лет, а оттуда забрали на войну.
Под Херсоном ранили, приехал домой на костылях. Брат, который старше меня на 2 года, отслужил 7 лет, взяли по призыву, да еще и потом задержали.
Войну хорошо помню, мужчин забрали, девчонок постарше отправили на окопы под Осташков.
Все заботы по сельскому труду легли на плечи подростков. И мы не подвели. Все убрали, даже навоз вывезли с ферм на поля. Хлеб косили косилками, ставили в бабки, обмолачивали лошадьми. Они как в цирке ходили по кругу. Зерно отгребали граблями, снопы – в ригу, сушили, далее били брюжами - это цепи для обмолота. 
Я до 1956 года жила в родном Ст. Шилково. Деревня была длинной, дорога широкой. Через нашу деревню шёл путь на Кесьму, там ведь была больница и амбулатория. В то время село Кесьма было центром Овинищенского района. 
Река Кесьма текла за деревней в лесу, в половодье разливалась, образуя омута, в них ловили рыбу. 
В деревне был медпункт, магазин, кузница, две фермы, курятник и ветеринарный участок. Дома были добротные, большей частью пятистенки. 
Даже когда деревня частично опустела, её облюбовали дачники: в стороне от дорог, тишь и благодать. 
Теперь же этой деревни нет, сгорела полностью больше 10 лет. Сейчас на пепелище люди ходят за орехами, лещина после пожара очень разрослась. 
Я сразу же после войны стала работать дояркой. Доили вручную молоко, затем на верёвках отпускали в колодец, чтобы не прокисло.
Когда семья переехала в соседнюю деревню Доманово, то меня поставили на свинарник. В 1956 году ездила на ВДНХ в Москву, как представитель колхоза.
Деревня Доманово тоже карельская. Расположена она на горе, компактно, в солнечный день даже Залужье видно, а ведь это уже Сандовщина. 
Там имеются два песчаных карьера, весь район пользовался их услугами, все дороги сделаны из нашего песка. 
За карьером расположено кладбище. Мы его всегда звали мелюхинским, но сейчас оно почему-то называется пятницким. За карьером имеется некогда красивейший Крылов пруд. Из него вытекает ручей Ретшина, который впадает в реку Ротыня.
Когда вышла замуж (1958 год) в деревню Крутцы, то также продолжала работать со свиньями. За посыпкой надо было ездить за 7 км в деревню Ильницы на лошади, там была дробилка и амбары. Это уже после объединения стали корма возить на тракторах, а потом даже свою дробилку построили.
Деревня Крутцы была небольшой, более десятка домов, расположена на холме. Ничего такого знаменитого в ней нет, не считая, что в полукилометре берет начало река Кесьма.
Вот уже состарилась совсем, а все помню и радостно оттого, что мой труд (10 лет дояркой и 22 на свинарнике) был замечен.
Не умеют и не хотят теперешние люди работать на земле, даже собственные участки не каждый имеет. 
Живу сейчас в Тимошкине, уже третий год. Сын вернулся с женой с севера, меня из Крутцов перевез, там уже не осталось ни одного жителя. Дом купили, подремонтировали. 
Хорошо тут, народ хоть есть.

Елена Молодцова, 
библиотекарь Тимошкинской библиотеки